3. Кого можно называть фотографом

Бытует мнение, что сейчас, с развитием технологий, каждый, купивший зеркальную камеру, считает себя фотографом. Во-первых, не каждый. Во-вторых, плохого в этом мало, о чём ниже. В-третьих, нужно понять, что мы вкладываем в слово «фотограф», и об этом там же.

Считается, что только фотограф — наиболее сомнительная из творческих профессий. Вроде как достаточно заполучить бюджетную или полупрофессиональную камеру, и уже можно вешать ценник на свои услуги и именоваться фотографом. Но чем тогда лучше музыканты-самоучки? Многие из них тоже специально не учились в каких-либо музыкальных образовательных заведениях (Пол Маккартни, например,— никто не сомневается, называть его музыкантом или нет), однако музыкантами вполне себя называют. Играют и поют совершенно по-разному. Нам, конечно, не придёт в голову называть музыкантом человека, который только купил гитару и ещё не умеет на ней играть; но и мало-мальски здравомыслящий человек, покупая камеру, будет стараться в ней разобраться, раз уж купил. А уровни в обоих случаях будут очень разные. Есть дворовые музыканты, не попадающие в ноты, а есть Джон Леннон. Есть свадебные фотографы-недоучки, а есть Хельмут Ньютон. Есть художники, творящие в стиле «дадаизм», нарочито примитивном, а есть Василий Верещагин или Сальвадор Дали с их умопомрачительной проработкой деталей в живописных произведениях. Но и тех, и других мы называем художниками — так почему же так много сарказма по поводу фотографов с разной степенью подготовки, с разными стилями, а главное — с разными задачами? Ведь всем когда-то нужно начинать, на чём-то учиться, а уж вопрос, как себя называть (фотограф; фотохудожник; мастер; да я просто кнопку нажимаю) — вопрос вкусовой, спорный и отчасти религиозный.

Есть две условные категории фотографов, и требования к одной категории не применимы к другой.
Есть фотографы, снимающие факты. Ямы на дорогах и проблемы жилищно-коммунального хозяйства; свадьбы и дни рождения; заседания депутатов; репортажи с места военных событий; моменты из жизни знаменитостей. Во главе угла тут именно запечатлённый факт; художественность отступает на задний план. При этом часто не так уж важно, на что снимают фотографы: на дорогой Хассельблад или на бюджетный Никон. Важно, что они выполняют задачу — донести до зрителя иллюстрацию, визуальное воплощение события. Единицы при этом следят за уникальностью и художественностью кадров — чаще всего это не является целью. Эти единицы, конечно, потом и становятся всемирно известными, но ведь не всех людей искусства ждёт мировая слава. К слову, нередко кадры получаются даже не лучшего качества, что искупается их сюжетом. И уж сложно говорить про уникальность: публичную персону нередко одновременно снимают два-три десятка фотографов, и ничего удивительного, если у некоторых из них случайно будут получаться похожие кадры.

Напротив, есть фотохудожники. Они относятся к кадру как к произведению искусства. Здесь важно многое: уникальность; новаторство; свет; цвет; авторские находки; эстетика модели или объекта съёмки; ракурс; атмосфера; авторский стиль; стилизация; передаваемая мысль; состояние души фотохудожника в момент съёмки; ретушь. Задача этих снимков совершенно другая. Во главе угла тут не факт и не событие, а эстетика. Требования к таким кадрам совершенно другие. И конечно, эти требования не могут быть одинаковы ко всем фотографам. Кто-то предпочитает естественные цвета, минимум ретуши и честные (пусть даже иногда смазанные) снимки, а для кого-то крайне важны мельчайшие условия освещения, неукоснительное следование выбранному стилю и долгие часы ретуши. Тут особенно заметной может быть разница в опыте, уровне и подготовке. 

Какой путь избрать — дело каждого. Есть фотографы, чередующие оба подхода. Есть начинающие, а есть мастера. Но даже начинающий, если он достаточно прилежен и увлечён, имеет некоторое право именоваться фотографом, пусть и начинающим.